Персональная web-страничка Сергея Васильева
 
 Вы здесь: Третий заон Ньютона в социальных отношениях
  • Публикации
  • Галерея славы
  • Гостевая книга


Третий закон Ньютона в общественных отношениях

Человек взаимодействует с внешним миром посредством рецепторной системы. Датчики этой системы, рецепторы, воспринимают внешние воздействия и посылают сигнал по нервной системе получателю сигнала. Некоторые сигналы обрабатываются в спинном или головном мозгу автоматически, инстинктивно по генетически заложенным программам. В этих программах, доставшихся нам от предков, уже записано, как следует реагировать на соответствующие сигналы. Какая-то часть внешних сигналов обрабатывается и на них дается отклик рефлекторно, т.е. по программам, приобретенным уже на опыте самого человека. Остается значительная часть внешних сигналов, на которые человек не имеет никаких программ поведения, и отклик на эти сигналы он должен придумать. Для того чтобы оценить, насколько значительна доля таких сигналов, еще не имеющих запрограммированных откликов, обратимся к несложной математике.

Известно, что в организме человека более ста миллионов рецепторов. Так только в глазу насчитывается около 130 миллионов так называемых палочек и около 7 миллионов колбочек. Поступающий в мозг сигнал может формироваться как от одного рецептора, так и от любого сочетания сигналов от разных рецепторов. Т.е. сигнал от одного рецептора глаза это один сигнал, от нескольких рецепторов глаза и, одновременно, от нескольких рецепторов уха это совсем другой сигнал, от какой-то комбинации рецепторов глаза, уха, носа это уже третий сигнал, и т.д. Количество возможных комбинаций таких сигналов определяется правилами комбинаторики. Если бы каждый рецептор выдавал лишь бинарный сигнал вроде 0 и 1, то количество возможных сигналов составило бы около 2100000000. На самом деле сигналы от рецепторов логические, что предполагает гораздо большую вариативность и, следовательно, количество возможных сигналов может быть на несколько порядков больше. Тем не менее, для нашей оценки достаточно и той цифры, что приведена выше. Китайские исследователи Yingxu Wang [2003] с соавторами утверждают, что емкость памяти человеческого мозга составляет порядка 108432 бит. Соотнося эти цифры, не трудно видеть, что даже если считать, что на каждую программу приходится 1 бит, даже если считать, что все рецепторы выдают бинарные сигналы, даже при таких допущениях человеческая память может «обеспечить» программами ничтожную часть возможных внешних сигналов. Это значит, что для обработки основной части поступающих внешних воздействий человеку не приходится всецело полагаться на автоматические реакции, но часто необходимо включать в работу свой мозг. Впрочем, каждый на собственном опыте может судить, как часто он полагается на инстинктивные и рефлекторные реакции, и как часто для принятия решений по каким-то своим действиям он задействует мыслительный процесс.

Рассмотрим теперь в наиболее общем смысле, как же люди реагируют на воздействия. Интересовать нас будут только объективно наблюдаемые действия человека в ответ на внешние воздействия. Причем, различать ответные действия человека будем по одной характеристике, а именно, относится ли человек к воздействиям положительно или отрицательно, т.е. предпринимает ли он какие то действия по «поощрению» внешних воздействий или предпринимает меры по ограждению себя от них. Естественно, кроме положительной и отрицательной реакции может быть и нейтральная. Таким образом, в качестве начального постулата в нашем исследовании будем пользоваться следующим утверждением.

АКСИОМА. Реакция человека на воздействие, выражающаяся в ответных действиях, однозначно отражает его положительную, отрицательную или безразличную оценку воздействию.

В этом утверждении, как и в самом начале наших рассуждений, под воздействиями понимается то, что воздействует непосредственно на рецепторы. Кроме воздействий, влияющих чисто на физиологию, значительная часть воздействий, о чем, в частности, говорилось выше, требует определенного осмысления и интерпретации для формирования определенного отношения к ним, а часто и не только к ним. Так, например, если человек видит, как дерево падает на автомобиль, то воспринимает он всего лишь световые фотоны глазом и, если находится достаточно близко от этого места, звуковые колебания от результата падения дерева ухом. Но реакция человека может существенно отличаться для случаев, когда автомобиль чужой или его собственный. В последнем случае человек оценивает положительно или отрицательно не столько воздействия, поступившие на его рецепторы, сколько воздействие на свой автомобиль. Т.е. человек оценивает не только воздействия на свое собственное тело посредством рецепторов, но и на материальные объекты, вещи, которые он считает своими хотя бы в какой то степени. Последняя оговорка связана с тем, что человек может оценивать воздействия на что-то или на кого-то, что или кто ему безоговорочно не принадлежит. Например, человек может отрицательно оценивать и соответствующим образом реагировать на какие-то воздействия по отношению к его родным и близким, к какому-то сообществу, которое ему небезразлично, к своему государству, наконец.

Не будем утверждать, что человек никак не реагирует на воздействия, направленные на что-то или кого-то, что или кого человек не рассматривает принадлежащим себе ни в какой мере. Это не является предметом нашего исследования. Будем утверждать лишь, что человек всегда оценивает воздействия, направленные на то, что он считает принадлежащим ему, и соответствующим образом реагирует.

Рассмотрим теперь случаи, когда реакция человека на воздействия отрицательна. Если человек оценил некоторые воздействия таким образом, как он может отреагировать? Допустим никак. В таком случае, если воздействие носит продолжительный характер и может продолжаться, человек все это время будет получать отрицательные для него воздействия. Мыслимо ли такое? Рассмотрим примеры, которые, казалось бы, могут это подтвердить. Например, мазохизм. Человек причиняет себе физические страдания. Но это для других людей страдания, а для самого мазохиста причинение боли сопровождается получением набора положительных ощущений, которые с лихвой перекрывают отрицательные ощущения боли. В данном случае воздействия на рецепторы, которые другие оценивают как нежелательную боль, мазохист оценивает как блаженство. При этом нельзя сказать, что реакции нет. Она есть, причем реакция положительная. Мазохист сам предпринимает меры, чтобы получить болевые ощущения, он поощряет эти воздействия. Или, например, укрываясь от смертельной опасности, человек может вытерпеть значительную боль или другое отрицательное воздействие лишь бы не выдать себя и не подвергнуться куда более серьезной опасности. В данном случае мы имеем дело не с одним отрицательным воздействием – болью, а с комбинацией. Кроме этого воздействия на человека оказываются и другие воздействия, которые дают ему информацию о гораздо большей опасности, и человек принимает решение исходя уже из комбинации воздействий. Его реакция отличается от реакции просто на боль именно потому что воздействие другое. Но реакция есть. В ситуации, когда на боль, как правило, реагируют инстинктивно, человек подавляет свою инстинктивную реакцию, что само по себе уже является действием и реакцией, соответственно.

Предположим теперь, что воздействие разовое и уже прошло. Человек его оценил как отрицательное. Оградиться от него он не может, воздействие уже прошло. Тем не менее, человек получил отрицательный опыт, на основе которого он может постараться оградить себя от подобных воздействий в будущем. Если он не предпримет никаких мер, никак не среагирует на данное воздействие, в будущем он может снова и снова подвергаться отрицательному для него воздействию. Т.е. и в этом случае человек должен как то отреагировать на отрицательные воздействия. Сформулируем эти рассуждения в следующем утверждении.

УТВЕРЖДЕНИЕ. В ответ на воздействия, оцениваемые человеком отрицательно, он предпринимает действия, способные, по его мнению, оградить его частично или полностью от таких воздействий в настоящем и будущем.

До сих пор речь шла о любом отдельно взятом человеке вне его связи с другими людьми. Рассмотрим теперь отношениям между людьми в соответствии с данным Утверждением.

Наличие других людей выражается в том, что кроме чисто природных силовых воздействий на человека и на то, что он считает принадлежащим ему, могут оказываться (инициироваться) воздействия другими людьми. Но кем бы или чем бы воздействие ни инициировалось, человек на него реагирует одинаковым образом, т.е. положительно или отрицательно. И точно также предпринимает ответные действия. Эти действия выражаются в инициации человеком физических сил. Куда они будут приложены и эффективно ли, зависит от самого человека, его знаний, умения и опыта. Разумно было бы утверждать, что ответная реакция должна быть направлена на источник начального воздействия. И если этим источником является другой человек, то реакция должна быть направлена на него. В силу недостаточности человеческих знаний, другими словами, в силу того, что человеку свойственно ошибаться, это не всегда бывает так. Т.е. человек не всегда может точно определить источник нежелательного для себя воздействия, и его реакция может и не быть направлена на этот источник. Однако, сам человек, источник первоначального воздействия, не может быть полностью уверен, что не испытает ответной реакции на свое воздействие. Если такое воздействие было оценено получателем как отрицательное, то и реакция на него будет такой, чтобы источник получил также отрицательное уже для него воздействие. Ведь, в противном случае, источник может и далее продолжать свое воздействие. Итак, можно вывести следствие.

СЛЕДСТВИЕ 1 (C1). Планируя любые воздействия на принадлежность других людей, человек должен иметь в виду, что он может подвергнуться ответному воздействию уже на то, что он считает своим.

С1 не является строгим утверждением, т.к. оно предполагает вероятность, а не неизбежность события. Для того чтобы сделать строгое утверждение вспомним, что по определению «реакция на что-либо» предполагает однозначную связь: нет действия – нет противодействия.

СЛЕДСТВИЕ 2 (C2). Человек не может испытать ответного воздействия на свою принадлежность со стороны других людей, если не воздействует на то, что они считают своим.

Теперь попробуем ответить на извечный вопрос: "Что делать?". Точнее, в данном аспекте, - "Чего не делать?".

В процессе своей жизни человек постоянно испытывает сторонние воздействия, к значительной части которых он относится и, соответственно, реагирует отрицательно. Часть этих воздействий имеет источником природу, но часть инициируется другими людьми. Можно ли как-то уменьшить поток отрицательных воздействий? В соответствии с С2, человек может совсем исключить нежелательные для него ответные воздействия, если сам не совершает никаких действий. Но человек не может не совершать действий. Вся жизнь человека в этом и состоит. Кроме того, реакция довольно часто бывает и положительной. Можно ли выделить такую область, в которой человек может оградить себя от нежелательных воздействий? Исходя из C2, человек может оградить себя, по крайней мере, от ответной реакции со стороны других людей, если не будет совершать действий, которые могут быть оценены этими людьми как отрицательные. Как же узнать, будет ли их реакция отрицательной? Ответ прост - спросить их об этом, прежде чем совершить свое воздействие. Т.е. для того, чтобы исключить нежелательные для себя воздействия со стороны других людей, прежде чем совершить какие либо воздействия на что то, принадлежащее другим, человек должен получить согласие на это. В нашей обычной жизни это называется договором.

Итак, отвечая на поставленный вопрос: "Чего не делать?",- получен ответ: «Не совершать действий с чем то, принадлежащим другим, не испросив на это их согласия».

Используем этот вывод для определения хорошо известного, но далеко не однозначно понимаемого термина - насилие.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ. Насилие - действия с чем-то, принадлежащим другому человеку, без его согласия.

Можно видеть, что в этом определении присутствует спорный момент с принадлежностью вещи человеку. Человек может считать что-то своим, но и какой-то другой человек также может считать именно эту вещь своей. В этом случае, казалось бы, возникает неразрешимый парадокс с объективным определением принадлежности вещи. На протяжении истории человечества парадокс разрешался, как правило, силой. Одна из сторон силой обеспечивала принадлежность вещи. Но парадокс также разрешается, если привлечь третью сторону в качестве арбитра, третью силу, существенно превосходящую силу любой из сторон. Такой силой может выступать общество, членами которого являются спорящие стороны. Сила общества является еще и стимулом быть под его эгидой, чтобы иметь защиту своих вещей. Если в качестве одной из спорящих сторон выступает не член общества, ему практически нечего противопоставить силе общества, что и заставляет его примкнуть к обществу. Если же спорят члены разных обществ, то спор может быть разрешен уже в рамках сообщества обществ. Можно видеть, что, в конце концов, это требует сообщества всех людей. Но и это еще не обеспечивает теоретического решения проблемы нахождения истинного владельца. Арбитр в своем решении должен руководствоваться какими-то объективными предпосылками.

В качестве таких предпосылок представляются две. И обе касаются изначальных ресурсов, предоставляемых нам природой. Первое, тело человека является его исключительной принадлежностью и никто не вправе совершать с ним каких-либо действий без согласия самого человека. Естественно, речь идет о дееспособном совершеннолетнем человеке. Условие основывается на том, что люди могут оградить себя, свое тело от нежелательных воздействий со стороны других людей, если откажутся от своих аналогичных претензий к другим людям. И второе, природные ресурсы не могут принадлежать никому по отдельности и только всем вместе в равной степени. Условие основывается на том, что не существует объективных критериев, чтобы поделить ресурсы между людьми хоть в равной, хоть в неравной степени. Всегда найдутся те, кто будет недоволен дележом, кто будет считать, что соседу достался кусок лучше. И только при оговоренном условии никто не сможет претендовать на долю другого на том основании, что у того доля больше. Если же он попытается претендовать на какую-то часть доли другого, он становится уязвим против аналогичных претензий со стороны других людей.

Далее, нетрудно видеть, что при выполнении этих условий принадлежность абсолютно всех вещей может быть установлена на основе договорных отношений. Путем продажи не возобновляемых и аренды возобновляемых ресурсов они переходят от общества в частные руки. При этом у общества появляется доход от продаж и аренды, который может тратиться на нужды общества. А частные владельцы получают в свое распоряжение ресурсы, которые могут использовать по своему усмотрению. В частности, при приложении к ним человеческого ресурса можно создавать новые вещи и новые ресурсы. Принадлежность этих вещей и ресурсов определяется в зависимости от условий привлечения человеческого ресурса. Например, если человек сам приобрел природный ресурс и, используя свое собственное тело, произвел новую вещь, очевидно, что вещь его и только его. С другой стороны, человек может сдавать свое тело, свою рабочую силу, свои знания и умения в наем тому, у кого есть ресурсы, к которым можно приложить все это. Это все становится принадлежностью нанимателя на время, оговоренное договором найма, равно как и возникающий новый продукт, тогда как заработная плата, равно как и все, что на нее приобретается, – принадлежностью работника.

Таким образом, принадлежность любой вещи поддается определению, а определение насилия лишается двусмысленности. В современном обществе эти условия большей частью уже выполняются. Хотя не так давно, например, рабство было вполне одобряемо и поддерживаемо различными обществами. Что же касается второго условия, оно требует равного доступа всех людей к управлению ресурсами и доходам от них. Нарушения этого условия можно продемонстрировать примерами. Не так давно всего лишь несколько десятков лет назад в США обществом поддерживалась сегрегация, т.е. разный доступ к государственным услугам для разного населения. К управлению ресурсами повсеместно граждане во всех странах если и имеют, то весьма опосредованное отношение. Их влияние на распределение и пользование доходами от ресурсов тоже часто ничтожное. Выполнимо ли это условие и каким образом, это вопрос отдельного исследования.

Возвращаясь к насилию, на протяжении всей своей истории человечество постоянно имело дело с ним. Люди совершали насилие и боролись с ним. Оно даже получило имя нарицательное – ЗЛО. В Библии неприятие насилия отражено, в частности, в пяти последних заповедях, данных Моисею, касающихся материальной стороны жизни человека.

Можно ли надеяться изжить насилие, по крайней мере, со стороны одних людей по отношению к другим? Скорее всего, ответ на этот вопрос отрицательный. Потребности людей безграничны и всегда найдутся люди, претендующие на что-то, им не принадлежащее. А из этого множества вполне могут найтись такие, которые не знают об отрицательных для них последствиях собственного насилия. Показательным примером этому являются дети. Они ведь только познают законы природы и общества и до определенного возраста им не ведомы те или иные законы. Именно поэтому отношения между взрослыми и детьми часто носят насильственный характер. И именно поэтому дети могут проявлять и проявляют насилие, причем чаще всего по отношению к другим детям. Довольно быстро усвоив, от кого могут получить сдачи, они проявляют насилие по отношению к более слабым.

Вообще-то, история человеческого общества довольно сильно напоминает становление детей. Сначала они имеют дело только с природой. Даже родители ими могут восприниматься как часть природы. Ведь ни обмениваться с ними информацией, ни тем более договариваться они толком не могут. А потребности уже есть. Они хватают все, что попадается. Обжигаются, набивают шишки и ограничивают сами это свое стремление. Подрастая и как-то научившись ладить с природой и общаться с себе подобными, дети пытаются удовлетворить свои все возрастающие потребности, в частности, за счет других. Сначала, естественно, путем насилия. О том, что можно и нужно договариваться, они еще просто не знают. Нападая на себе подобных и получая сдачи, обращают свою агрессию на более слабых. Когда слабые объединяются и опять дают сдачи, организовываются в банды и терроризируют даже как-то организовавшихся слабых, заставляя последних организовываться в более крупные сообщества. Так постепенно взрослеющий человек и взрослеющее общество осознают, что любое насилие с их стороны, в конце концов, встретит отпор. А с осознанием этого приходит понимание, что свои потребности надо либо ограничивать, либо удовлетворять их на договорной основе с другими людьми.

Следуя этой логике, человечество еще не достигло своего совершеннолетия. Об этом свидетельствуют войны, противостояния между государствами, вооруженные конфликты, как между, так и внутри государств, и даже между религиозных общин. Да и по отношению к своим гражданам государства часто совершают насилие. Тем не менее, именно государство, как институт, устанавливающий законы в обществе и следящий за их исполнением, может сыграть основную роль в минимизации насилия в обществе. И прежде всего, исключая еще имеющиеся насильственные инструменты из собственного пользования.

Итак, полученный выше ответ на вопрос, - «Чего не следует делать?», - фактически проявляет природную закономерность, принуждающую людей отказываться от насилия даже неосознанно через естественные, природой заложенные механизмы. Действие этой закономерности напоминает действие 3-го закона Ньютона из физики – сила действия равна силе противодействия. Третий закон Ньютона устанавливает, что всякое действие встречает равное по величине и противоположное по направлению противодействие. Установленная выше закономерность также гласит, что всякое действие (насилие) встречает противодействие. В отличие от закона Ньютона, величина противодействия не всегда направлена строго на источник действия (насилия), не обязательно равна действию (насилию) по величине, и время между действием (насилием) и противодействием является величиной неопределенной. Отличия связаны с тем, что в социальных отношениях между действием и противодействием стоит сознание человека, которое осмысляет действие и руководит противодействием. Первое отличие, как уже говорилось выше, объясняется, по большей части, несовершенством сознания человека. Видимо, такова же причина и второго отличия. Кроме того, если бы противодействие строго равнялось действию, уровень насилия в обществе был бы величиной постоянной. Однако, например, Steven Pinker [2011] полагает, что уровень насилия в обществе исторически снижается. Но это же соответствует самой установленной закономерности, которая требует постепенного отказа от насилия обществом. Что же касается третьего отличия, то и здесь достаточно характерных примеров. Например, герой произведения А. Дюма граф Монте-Кристо. Между теми действиями, которые обрекли его на годы страданий, и временем, когда он реализовал свою месть, прошли десятилетия.

Тем не менее, сам смысл установленной закономерности, что всякое действие встречает противодействие, повторяет смысл 3-го закона Ньютона, что позволяет аналогично именовать закономерность как третий закон Ньютона в общественных отношениях. Осознание этой закономерности позволяет по-новому подойти ко многим вопросам жизни, как отдельных людей, так и общества в целом, в частности, касательно проблем выбора, поскольку решение подобных вопросов, как правило, связано с выбором между теми или иными вариантами. Из числа вариантов можно заранее исключать те, которые предполагают насилие.

Литература

  1. Yingxu Wang, Dong Liu and Ying Wang. “Discovering the Capacity of Human Memory”, Brain and Mind, 2003, Volume 4, Number 2, Pages 189-198.
  2. Steven Pinker. The Better Angels of Our Nature. ISBN 978-0-670-02295-3. Pinker, S. (2011). The Better Angels of our Nature. New York, NY: Viking.